РЕЗАТЬ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!

Корр.: "Мужская" пластическая хирургия в Европе переживает в последнее время бум. Наблюдается ли что-то подобное у нас?

Г. С.: Европа и Америка задают направление во всем, что касается моды и красоты, в том числе это относится и к пластической хирургии. У нас все, как всегда, появляется намного позже. Думаю, сегодня мужчин у нас от 10 до 20 %. Но тенденция к увеличению все-таки есть, и, я уверен, число мужчин в наших клиниках будет неуклонно расти.

Корр.: С чем это связано?

Г. С.: Уровень жизни нашего человека растет, растут и его потребности, в том числе и касающиеся собственной внешности. Сегодня для многих внешность – это инструмент, необходимый и в работе, и в общении.

Корр.: Кто эти мужчины?

Г. С.: Еще какое-то время назад основной контингент составляли люди, соприкасающиеся с искусством: бомонд, элита, богема. Внешность актера, певца напрямую связана с его профессиональным успехом, поэтому они всегда пользовались услугами пластических хирургов. Был определенный процент мужчин нетрадиционной сексуальной ориентации. Наверное, именно это совсем недавно давало повод многим мужчинам считать подобную операцию зазорной. Но сегодня все изменилось: прирост клиентов сейчас во многом обеспечивают люди бизнеса.

Корр.: Что толкает их на это?

Г. С.: Бизнесмены новой формации воспринимают внешность как инструмент, повышающий эффективность их труда. Психологи, специализирующиеся в вопросах карьеры и деловых отношений, уверены в том, что люди с привлекательной внешностью имеют больше шансов получить хорошую работу, они обладают большей возможностью влиять на других людей, используя свой шарм. Современное общество ориентировано на молодых и красивых. Такие будут гораздо дольше удерживать свою власть и быстрее продвигаться по служебной лестнице, оставляя позади старо выглядящих коллег, независимо от их реального потенциала. И мой опыт говорит о том, что пластическая операция, сделанная такому деловому человеку, практически всегда оправдывает себя.

Корр.: То есть это является вложением капитала?

Г. С.: Конечно, и вполне надежным. Недвижимость все-таки… Еще один фактор прироста числа клиентов-мужчин – это сама причина обращения к нам. Если раньше люди приходили исправлять реальные дефекты вроде оттопыренных ушей или сломанного в детстве носа, то сегодня многие мужчины хотят именно приукраситься. Они пробуют подтяжку лица, пластику век, липосакцию, пластику живота.

Корр.: Что касается двух последних пунктов, их можно устранить более мягкими способами. Не правильнее ли будет направить клиента в спортивный клуб?

Г. С.: У современного делового мужчины попросту не хватает времени. Он хочет быстрого эффекта. Кстати, часто такая операция становится стимулом для занятий спортом, ведь эффект от липосакции не вечен – если не поменять образ жизни, проблемы возобновятся.

Корр.: Мужской подход в целом отличается от женского?

Г. С.: Мужчины более конкретны, их интересуют конкретные цифры, сроки, результаты. Мужчине вообще труднее решиться на медицинское вмешательство, все знают, что мы в этом смысле трусливее дам. Возможно, поэтому очень редки случаи, когда на операцию мужчину толкает, скажем, жена. Разве что пожилой мужчина, собираясь жениться на молоденькой, проводит омолаживающие процедуры. А вот женщины часто преображаются под влиянием мужчин.

Корр.: Все-таки, если копать глубже, на пластическую операцию человека толкает внутренняя дисгармония, определенный комплекс. Действительно ли можно избавиться от этих проблем, исправив что-то во внешности?

Г. С.: Я знаю, многие считают: если у человека комплексы, то работать надо с внутренней стороной, а не с внешней. Но я часто сталкивался со случаями, когда исправление внешних черт избавляло человека от мучений, продолжавшихся многие годы, это приносило ему облегчение, переводило его жизнь на новый уровень. Если перефразировать известное выражение про здоровое тело и здоровый дух, то можно сказать, что в красивом теле красивый дух. Однажды к нам пришел мужчина, которому было уже за 50, попросил исправить ушные раковины. Он уже внуков имел, казалось бы, прожил с такими ушами большую часть жизни. Но его желание было настойчивым, и мы не нашли причины отказать ему. К тому же мы понимали: когда он был молод, пластической хирургии практически не существовало, он не мог и мечтать избавиться от дефекта. Мы провели операцию, и эффект оказался просто поразителен: после операции человек по-настоящему расцвел! Такие случаи не редки.

Корр.: Но наверняка ведь часты случаи, когда внешние метаморфозы не дают ожидаемого эффекта?

Г. С.: Задача пластического хирурга как раз и заключается в том, чтобы не просто идти на поводу у клиента и делать все, что он пожелает. Я должен вникнуть в его проблемы, разобраться в них и тогда только решить, показана ли операция.

Корр.: Вы можете отказать клиенту? Это часто происходит?

Г. С.: Если я вижу, что это блажь, прихоть, то стараюсь убедить пациента, что во вмешательстве нет необходимости. Надо сказать, что к нам приходит определенный процент людей с психическими заболеваниями, и это врач тоже должен определить.

Корр.: Что еще специфичного в работе пластического хирурга?

Г. С.: Работа с людьми – процесс тонкий, ответственный. Многие клиенты плохо представляют себе, на что они идут и чего им ждать. Хирург должен следить, чтобы все было в меру. Не надо из пожилого человека делать молодого красавца. Ведь у него есть своя жизнь, окружение, близкие люди. Хороший специалист должен прекрасно знать анатомию и физиологию, разбираться в психологии, обладать даром убеждения и тонким эстетическим вкусом.

Корр.: Что касается вкуса, сегодня, наверное, эту функцию во многом берет на себя компьютер?

Г. С.: Да, компьютерное моделирование широко практикуется. Но я считаю, что лучше полагаться все-таки на врача, его мнение и опыт. То, что рисует машина – это идеал, не всегда выполнимый, ведь компьютер не может учитывать всех особенностей человека вроде толщины его кожи, качества тканей. Если уж врач прибегает к компьютерному моделированию, он должен обязательно разъяснить пациенту, что из смоделированного возможно, а что – утопия.

Корр.: Бытует мнение, что пластическая хирургия – удел людей состоятельных. Обычным людям надеяться не на что?

Г. С.: Это мнение устаревшее, я бы не назвал цены заоблачными. Все определяется насущностью проблемы, соотношением цена/необходимость. И потом, что касается цен на устранение реальных дефектов – лопоухости, кривизны носа, они не должны быть высокими. К нам приходит много людей с послеожоговыми рубцами и деформациями, с врожденными недостатками, такими как, к примеру, "заячья губа". Любая уважающая себя клиника идет навстречу таким пациентам, делает для них значительные скидки, предоставляет кредиты. Пластическая хирургия становится все более доступной.

Корр.: Мужчины скрывают факт обращения к пластическому хирургу или, наоборот, хвастают?

Г. С.: Наши в основном предпочитают скрывать. Я уже говорил о "золотой середине", умеренности притязаний. После операции человек должен выглядеть так, чтобы окружающие говорили ему: "Как ты посвежел! Прекрасно выглядишь. Где отдыхал?" Изменения должны казаться естественными. В Европе, Америке другая ситуация. Мужчины не скрывают, что побывали у хирурга. Наоборот, они демонстрируют этот факт как доказательство своей состоятельности и прогрессивности.

Корр.: Сегодня в России клиент может рассчитывать на качественную пластическую хирургию?

Г. С.: Я считаю, что профессионализм русских хирургов несомненен. В России накоплен колоссальный опыт в этой области. Вы знаете, что в Петербурге пластические операции начали проводить еще в 60-х годах? Есть корифеи, которые работают с тех времен до сих пор.