1. Гормональная терапия широко применяется в современной лечебной практике. Гормоны назначаются и симптоматически, и в качестве заместительной терапии при нарушениях различной этиологии. Терапевтический эффект при таких назначениях достигается быстро и гарантировано.

В настоящее время назначение гормонов происходит не только по назначению врача. Известно достаточное количество косметических средств, содержащих, например, кортизон. Адреномиметики продаются в аптеках без рецептов, как и гидрокортизон, преднизолон и подобные препараты.

В последнее время в интернете развернута широкая реклама препаратов, содержащих мелатонин – гормон эпифиза. Эти препараты рекламируются как “гормоны молодости”, возвращающие тканям функциональность, а организму в целом придающие “тюнингованный вид”.

2. Все “обещания”, изложенные в инструкциях по применению гормоносодержащих препаратов, являются безусловной правдой. Пациент, которому назначена гормонотерапия, ощущает немедленный эффект. Быстро исчезают симптомы как локальные, так и общие. Но эффект этот трудно назвать лечебным.

Как правило, при назначении гормонов страдает эндокринный орган, эти гормоны вырабатывающий. Под давлением принимаемых препаратов, этот орган быстро деградирует. Часто восстановление деградировавшего эндокринного органа невозможно.

Таким образом, пациент становится “гормонозависимым”. Его нормальная жизнедеятельность без приема препаратов становится проблематичной. А качество жизни быстро снижается в связи с тем, что регуляторные гормональные возможности при приеме препаратов значительно ниже, чем того требует здоровый организм.

3. Естественно, что хотелось бы располагать во врачебном арсенале средствами, по эффективности сравнимыми с гормональной терапией. Но также хотелось бы, чтобы эти лечебные средства не приводили к разрушению организма пациента.

Достаточно очевидно, как должен выглядеть результат такой терапии. Это должен быть искусственно или естественно сформированный рефлекс, объединяющий очаг поражения с эндокринной железой. Причем, тропизм этого рефлекса должен быть осуществлен именно тем гормоном, который был бы назначен при гормональной терапии (рис. 1).

4. Собственно, такой рефлекс и выстраивается при рефлексоформирующей терапии, ориентированной на эндокринную составляющую. Это требует значительного количества тестов при диагностике пациента, но сама по себе методика не вызывает технических трудностей и реализуется во многих клиниках, применяющих метод пульсогемоиндикации.

Трудности и проблемы возникают не при создании описанного рефлекса. Трудности возникают в период адаптации пациента к наличию у него в организме точно подобранного рефлекса, обеспечивающего лечебное воздействие на очаг поражения.

Пациент достаточно быстро впадает в состояние, в котором у него отсутствует возможность адекватной оценки собственного состояния. Так, например, при кортизоновой терапии пациент начинает считать себя полностью исцеленным уже через несколько часов после выстраивания вышеуказанного рефлекса.

Это состояние неадекватной оценки собственных возможностей продолжается у пациента в течение трех дней. Причем, недопустимость нагрузок пациент не может оценить трезво. Он ощущает “мышечную радость”, рефлекторную активность и прочие симптомы, характерные для кортизоновой терапии.

В экспериментах на мышах, которые проводились при разработке этой методики, фиксировались следующие симптомы. После проведения процедуры, группе мышей разрешали повышать физическую активность. Для этого им открывали доступ в колесо для бега. Ни одна мышь от этого доступа не отказывалась.

Еще через час у мышей измерялся размер тучных клеток.

Их размер был увеличен в полтора раза по сравнению с контрольной группой. У мышей, которым не позволялось проявлять мышечную активность, феномен “увеличения тучных клеток” также наблюдался, но в значительно меньшей степени.

Также у мышей резко увеличивалось потребление глюкозы. Если потребление глюкозы не ограничивать, то мышечная гиперактивность мышей может быть достаточно длительной.

У пациентов-людей наблюдается тот же феномен. У них резко повышается потребность в глюкозе сразу после проведения процедуры. Происходит это в связи с возрастающей активностью ЦНС по построению рефлекса, изображенного на рисунке 1. Так пациент, получающий чай с 20 кусочками сахара на стакан утверждает, что “сахар не сладкий”.

Феномен “несладкого сахара” может продолжаться до нескольких часов.

5. Таким образом, после проведения рефлексоформирующей терапии, ориентированной на эндокринную систему, пациент должен не менее трех дней находиться под непрерывным врачебным контролем.

За эти три дня гиперактивность пациента может привести ко многим патогенным эффектам: повышению артериального давления и ЧСС, гипогликемии, выбросам в кровь гепарина и тому подобному.

Избежать этого можно лишь за счет тщательной амбулаторной подготовки пациента, учету противопоказаний и проведения терапии в условиях стационара.

6. В качестве примера рассматривалась группа пациентов, которым проводилась гормональная терапия мелатониносодержащими препаратами. Это позволило сравнить эффективность заместительной терапии (при назначении мелатонина перорально) с лечением за счет образования соответствующего рефлекса (таблица 1).

7. За последние пятнадцать лет, рефлексоформирующая гормональная терапия была проведена для значительного количества пациентов (более 5 000 человек). Многие из них наблюдаются врачами Медико-Технического института ради изучения отдаленных последствий. Эти наблюдения позволяют сделать следующие выводы:

7.1. Рефлексоформирующая терапия, как и другие виды гормональной терапии, является неспецифическим видом лечения;

7.2. По “позитивным” эффектам, рефлексоформирующая терапия мало отличается от “традиционной” гормональной терапии;

7.3. По “негативным” эффектам есть явное отличие: эндокринный орган, продуцирующий назначенный пациенту гормон, не разрушается в течение всего времени наблюдения (до 15 лет);

7.4. Так как рефлексоформирующая терапия является неспецифическим методом лечения, то необходимость в специфической терапии, как правило, не отпадает. Хотя эффективность терапии конкретных поражений увеличивается;

7.5. В отличие от “традиционной” гормональной терапии, при формировании рефлекса подбор выбранного врачом гормона возможен не всегда. Связано это с индивидуальными особенностями пациента, которые при “традиционной” терапии могут не учитываться;

7.6. Кроме того, у рефлексоформирующей терапии есть специфические противопоказания: депрессии, шизофрения, онкология и другие. При обнаружении противопоказаний пациент должен пройти амбулаторный курс подготовки к лечению, что также не характерно для “традиционной” гормональной терапии;

7.7. Таким образом, рефлексоформирующая терапия является разновидностью гормональной терапии. Этот вид терапии является щадящим и может применяться несколько раз.

7.8. Тем не менее, этот вид терапии требует значительного объема диагностических и терапевтических работ как амбулаторного, так и клинического характера. Он требует применения дорогостоящего оборудования и врачей высокой квалификации. Это значительно повышает стоимость лечебных работ и не позволяет проводить их в рамках ОМС, что ограничивает круг пациентов, которые могут быть пролечены этим методом.

Таблица 1.